Люди и медведи: поймем друг друга

В моем «рабочем портфеле» давно хранится рассказ знакомого рыбака, который мне кажется не только очень интересным, но и поучительным.

– В апреле 2018 года, – вспоминал рыбак, – мой друг Федор предложил мне месяц поработать у одного предпринимателя. Тот взял «дальневосточный гектар» на севере Сахалине, чтобы обустроить там базу отдыха для охотников и рыбаков-любителей. До рейса, в котором я хотел выйти на путину, надо было ждать больше месяца. Так, почему бы и не подработать? 

На месте, где мы должны были расчистить участок от мелкой поросли и кустарника, стоял довольно крепкий деревянный домик, приспособленный под бытовку. В трехтонном контейнере хранили инструменты и старый «байк» бригадира. Перед бытовкой установили железную печку под навесом. Работали так: трое на участке, один кашеварит. На другой день кто-то другой на вахту у печки заступает. 

И вот в один из дней, в самом начале мая, выкашиваю я триммером прошлогодний бурьян. Рядом бригадир бензопилой валит кустарник. Федя все сгребает на тачку и отвозит к плите, на которой от кастрюль пар валит. И вдруг кто-то меня сзади хватает за шиворот и с пинками тащит в бытовку. Влетел я туда, еще опомниться не успел, а остальные уже дверь топчаном привалили и мне показывают, чтобы в щель посмотрел. Смотрю. А там вокруг нашей печки огромный медведь кругами ходит и лапой пытается до кастрюль дотянуться. Но от печки жаром так и пышет. Он то с одной стороны пытается подойти, то с другой. Всюду ему горячо. Зато рядом полмешка муки стояло. Наш дневальный Витек хотел нас оладьями побаловать. Мишка по этому мешку только слегка лапой провел, тот и лопнул, как переспелый гороховый стручок.

Мука из него белой рекой потела. Потапыч морду в нее сунул, да как чихнет! Вокруг белое облако взлетело. Он еще раз чихнул. Опять облако поднялось! И что вы думаете? Сел этот огромный хозяин тайги на пятую точку. Лапу в муку засовывает, горсть муки загребает, к носу подносит – фырррр на нее – и смотрит, как у него из лапы мука в разные стороны разлетается. Тут мы не удержались, в ладоши захлопали. И давай кричать: «Мишка! А потанцевать можешь? Мы больше в цирк ходить не будем. Там все равно такого  не покажут».

Довеселились, дурачье, что зверь нас услышал! В миг про муку забыл. И попер на нашу бытовку. У нас смешки мигом в горле застряли. Трое на топчан навалились. Четвертый другим топчаном бросился окно закрывать. Хорошо, оно с другой стороны бытовки было. Медведь до него еще не дошел. Зато дверь сильно тряс. И ногтями по ней так скреб, как будто за стеной ревела буря, дождь шумел. Потом догадался и начал под дверью копать. Нам уже его лапу с когтями стало видно. Что делать?! И тут Федя додумался. У нас запасы с тушенкой и сгущенкой были. Федя банку тушенки схватил и в ямку закатил. Через минуту-другую мы услышали за дверью: «Чав-чав-чав». А потом снова лапа под дверью просунулась. Выкатили банку со сгущенкой. И так банки четыре ему отдали. Тишина наступила. Потапыч наелся и домой пошел.

Как мы этот вечер провели, догадаться нетрудно. Надергали длинных жердей. К ним навязали веток, типа веника, сбрызнули бензином, чтобы быстро их поджечь, если медведь снова явится. Подперли дверь и окно топчанами. Сами улеглись на полу. А среди ночи опять наша избушка ходуном заходила, дверь затряслась, и снова лапа с когтищами под дверью землю роет. Ну и мы, как люди уже бывалые, достали банки с тушенкой и сгущенкой. На этот раз мишка такую яму вырыл, что лапищу свою наполовину просунул. Мы дощечку нашли и по ней ему банки скатывали. Он только после того, как банок десять схомячил, угомонился.

Наутро бригадир посадил на «байк» Витька, чтобы отвезти его в ближайшее село и оттуда позвонить хозяину. На участке мобильной связи не было. Нам бригадир сказал от бытовки не отходить, а лучше всего сидеть в ней, пока он вернется и по одному нас вывезет. Но мы с Федей прикинули, что при таком раскладе кому-то одному придется остаться на участке один на один с медведем. Как говорится, я не трус, но я боюсь. Взяли мы свои метлы, сбрызнули сапоги бензином, чтобы медведь наши следы не разнюхал, и пошли к морю. Почему к морю? На Сахалине вдоль моря всегда проезжие дороги идут. И бригадира на возвратном пути мы бы скорее встретили, и попутку могли поймать.

Идем… И вдруг слышим, как земля вокруг нас затряслась. Вот точно говорю, затряслась! Мы сразу же все нутром, наверное, поняли. Метлы свои тут же кинули. И даже не бегом, а скачками бросились наутек. Что нас тогда спасло? Только то, что море было уже рядом. Медведь меня у самой воды догнал. По спине так саданул, что я плашмя растянулся. Еще раз мне повезло, что он когтями по рюкзаку проехал, и я успел под волну нырнуть. От страха только тогда опомнился, когда задыхаться начал. Посмотрел на берег. Оказывается, метров на тридцать от берега отплыл. Увидел, что и Федя рядом плюхается. Успокоился. А мишка по берегу мечется. В воду зайдет по брюхо – и назад. Но не уходит. Мы плывем. И он за нами вдоль берега бежит. Мы в воде сапоги сняли, и рюкзаки пришлось скинуть. Так и плыли, пока медведь не отстал. Потом долго брели по воде, пока бригадир нас не подобрал.Эту историю я рассказывал в разных рейсах. Однажды меня услышал опытный охотник. Прослушал до конца и спросил: «Какой это день был?». – «Начало мая. Число точно не запомнил». – «Зря. Мог бы в этот день второй день рождения отмечать». И потом он долго рассказывал мне про медведей. 

Объяснял, что медведь – зверь не злой и не кровожадный. Но своим видом чем-то похож на человека, вот люди и пытаются общаться с ним «по-человечьи». А в медведя природа другую программу заложила. Рождается медвежонок весом около 500 грамм. Кулек с конфетами. А набрать за два года ему надо до 100, а еще лучше до 300 килограмм. Иначе, свои же братья ему ни жить, ни пищу добывать не дадут. Вот он и ест все, что гвоздями не приколочено. Да и то, что приколочено, готов отодрать и слопать.

– К вам вышел самый опасный и агрессивный майский медведь. Он после зимней спячки жутко голодный. А в лесу еще корма никакого нет, и лососи в речку не зашли, – говорил охотник. – Поэтому то, что вы от него надежно в бытовке закрылись, – было самым верным решением. Иногда учат при встрече с хищником шуметь как можно громче. Но это последняя возможность, если уже подпустил его совсем близко. Вообще сильно оголодавший зверь шума не боится. А вот то, что вы его сгущенкой и тушенкой угостили – большая ошибка. Медведей прикармливать никогда нельзя! У него в мозгу быстро устанавливается связь: «В этом месте есть еда. Кто мне мешает ее получить, тот мой враг!». А к сгущенному молоку мишка сразу привыкает, потому что оно сладкое и быстро насыщает. Он бы потом от вас не уходил, так и кружил бы возле бытовки, и вполне мог кого-нибудь слопать. Ну и бензином сапоги зря брызгали. Медведь больше воздух нюхает. На вас одежда была старая, потом пропахшая. Он вас быстро учуял. Но самая большая промашка – то, что вы не послушали бригадира и пошли по участку, хотя знали, что где-то рядом бродит хищник. Запомните, лучшая защита от медведя – не встречаться с ним!

Ольга Еженкина